| Коротко о находке | |
|---|---|
| Где | Лаго-Коба и сенот Шкач (Xcach), полуостров Юкатан, Мексика |
| Когда загрязнение | классический период майя, примерно 250–920 годы н. э. |
| Пик ртути | около 18 мкг/г в иле Шкача около 720 года |
| Природный фон | около 0,02 мкг/г |
| Журнал | Science Advances, 4 ноября 2026 года |
Майя строили пирамиды, считали время по сложнейшему календарю — и, похоже, годами травили собственную воду. В иле двух озер на полуострове Юкатан нашли ртуть в концентрациях, которые на века превышали нынешние пороги токсичности. Вместе с ней из озер исчезли водоросли, улитки и рачки.
Исследование под руководством палеолимнолога Мэтью Уотерса из Обернского университета (США) вышло в журнале Science Advances (пресс-релиз AAAS на EurekAlert!). Подробные цифры по кернам приводит Archaeology News Online Magazine.
Что открыли
Керны донных отложений взяли в мае 2023 года. Слои ила — как страницы дневника: по ним видно, что попадало в озеро век за веком.
В Лаго-Коба, рядом с городом, где в лучшие времена жили, по оценкам, от 50 до 90 тысяч человек, ртуть начала расти около 40 года н. э. и достигла примерно 2,3 мкг/г в 250–300 годах. К 520 году уровень вернулся к норме.
В сеноте Шкач — карстовом озере шириной около 100 метров, у которого стоят минимум четыре постройки майя, — было три всплеска. Последний, самый долгий, пришелся примерно на 535–820 годы: в среднем 8,4 мкг/г, на пике около 720 года — около 18 мкг/г.
- 1,06 мкг/г — уровень, при котором по современным нормам вред для водной жизни вероятен;
- 2,0 мкг/г — уровень, после которого ожидается серьезный ущерб;
- Шкач держался выше 2,0 почти три столетия, Коба превышала 1,06 примерно с 260 по 430 год.
Откуда в озерах ртуть
В геологии Юкатана ртути нет. Главный подозреваемый — киноварь, ярко-красный минерал сульфида ртути. Майя использовали его как краску: для керамики, стен храмов, ритуалов и погребений. Авторы допускают и применение жидкой ртути. Эрозия смывала металл в озера вместе с богатой фосфором почвой.
Чтобы исключить загрязнение «по воздуху» издалека, проверили еще два озера — Полол и Чичанкнаб. Роста ртути там не было. Значит, источник местный, у самих городов.
Что случилось с жизнью в озерах
Пигменты водорослей, сине-зеленых и пурпурных серных бактерий в иле упали до низких значений, когда ртуть стала токсичной. Сине-зеленые сначала даже разрослись на смытом фосфоре, а затем обвалились, как только ртуть перешла порог 2,0. Ракушковые рачки и улитки в токсичный период из ила Кобы исчезли полностью, а в Шкаче почти пропали личинки комаров-звонцов основного рода Goeldichironomus.
Авторы называют это коллапсом пищевой сети на нескольких уровнях.
Почему это важно
Упадок классических майя обычно объясняют засухами, вырубкой лесов и эрозией. Новая работа добавляет к списку недооцененный фактор: не только воды становилось меньше, она еще и становилась ядовитой. Рыба и моллюски, которые входили в рацион майя, легко накапливают ртуть — и это уже вопрос о здоровье людей, а не только озер.
Факт для разговора: красный цвет, которым майя подчеркивали святость храмов и захоронений, мог оказаться самым дорогим в их истории — ртути в озерном иле классического периода примерно в 10 раз больше, чем в любую другую эпоху.
Что дальше
Команда не измеряла метилртуть — самую опасную форму, которая образуется в бедном кислородом иле и накапливается в рыбе. Это следующий логичный шаг, как и поиск следов ртути в останках людей. Пока выводы основаны на кернах из двух озер, и насколько широко было загрязнение по всему Юкатану, предстоит выяснить.
Археология все чаще находит неожиданные детали в быту древних людей — например, о том, зачем 500 000 лет назад люди хранили «сувениры».
Фото: пирамида в Кобе, Мексика. dronepicr, CC BY 2.0, commons.wikimedia.org.
